Коляда

• Слово коляда имѣетъ разнообразное значеніе и употреблялось иногда въ реченіяхъ, поговоркахъ, смыслъ которыхъ для насъ теменъ. Кромѣ обозначенія общаго празднества славянскаго, коляда обозначаетъ всякій обходъ по домамъ съ цѣлію религіозною или для собиранія милостыни, всякое прошеніе милостыни, подарокъ на новый годъ, пѣснь колядскую, поздравленіе съ праздникомъ, славленіе и проч. Въ Россіи коляда = полный дневной сборъ милостыни; коледовать = собирать милостыню, колядаться = просить о чемъ, умолять. У сербовъ колядою называется также кружокъ общества, компанія; у чеховъ: po colede nositi значитъ носить на показъ по всей компаніи, кружку́. Замѣчательныя поговорки, въ которыхъ встрѣчается слово коляда, таковы (см. Собраніе русск пословицъ Буслаева въ архивѣ Калачева 2 т.): Русск. полно коляду томить. Галиц. коли сидишь въ ряду, давай коледу. Малор. не ма що и въ коледу класти. Слѣдуя нѣкоторымъ другимъ ученымъ, Миклошичъ производитъ коледу отъ Римской календы. Этому ошибочному сближенію подало поводъ прихотливое словосозвучіе, сочетавшее у западныхъ славянъ древнюю коледу съ заимствованной календой. Слово коледа чисто славянское, слово сложное, забытое въ своихъ частяхъ, а потому и въ своемъ первобытномъ значеніи. Коледа — колъ-ѣда первобытно состояло изъ нарѣчія коло = около, въ его древней у чеховъ существующей формѣ колъ, — и ѣло, ѣда отъ ѣсть собств. ѣдунъ ѣденіе. Кол-ѣдъ = значитъ коло-ѣдъ, круго-ѣдъ, т. е., ѣдящій въ круговую въ коло. Кол-ѣда = коло-ѣда, круговая ѣда, кругоѣдка, ѣда въ круговую. Какъ въ настоящее время у насъ существуетъ еще выраженіе: попойка въ круговую, — такъ у древнихъ славянъ была ѣда — пиръ въ круговую; этотъ пиръ въ круговую былъ въ то же время пиръ въ складчину, т. е., гдѣ каждый изъ круга платилъ свою часть. На этомъ значеніи коледы сохранилось въ послѣдствіи въ народѣ темное преданіе о коледѣ, какъ божествѣ пиршества. Кол-ѣда (т. е., ѣда въ круговую) обозначало въ древности какъ самый пиръ, складчину, такъ и пирующую, кругоѣдящую компанію, пирующій кружокъ, а также и денежную долю, полагаемую на круговую ѣду каждымъ пирующимъ; послѣднія значенія изслѣдуемаго слова сохранились въ сербской коледа = кружокъ, компанія и въ приведенныхъ выше поговоркахъ. Полно коледу томить, значитъ: полно томить всю компанію, весь кружокъ, и относится къ человѣку, не соглашающемуся упорно на то, на что всѣ согласны. Коли сидишь въ ряду давай коледу, т. е., когда пируешь въ ряду, давай свою кругоѣдку, т. е., свою долю складчины. Не ма що и въ коледу класти, — выражаетъ крайнюю степень безденежья, такъ что нечего класть и въ складчину, или кругоѣдку. Далѣе кол-ѣда есть ѣда, пропитаніе, собираемое кругомъ, по околодку, есть мірское пропитаніе и слѣдовательно вообще милостыня, собираніе милостыни. Кол-ѣдъ былъ въ этомъ случаѣ нищій, коло (міръ, кружокъ) — ѣдъ, иначе міроѣдъ.Дьяченко, столбец 0259L
• (см. Слов., стр. 260).—Это слово, по обычному мнѣнію, происходитъ отъ лат. calendae=фран. chalendes, н.-нѣм. Kaland. Тѣ изслѣдователи, которые раздѣляютъ подобное словопроизводство, обыкновенно для объясненья русской коляды приводятъ извѣстное мѣсто изъ Кормчей по списку 1282 г.: „каланди соуть първіи въ коемьждо мѣсяци дньe, въ нихъ же обычай бѣ елинномъ творити жертвы, и въ таже евроуманія елиньстіи бѣаху праздници; вроумъ бо порeклъ есть Діонисово, и иная вься яже соуть идольская прельсти и соуетьства отмѣщюще святіи отъ вѣрныхъ житія, возбраняютъ крестьяномъ таковая творити... и не повелѣваютъ моужемъ облачатися въ женьскыя ризы, ни женамъ въ моужьскыя, еже творятъ на праздьники Діонисовы пляшюще, ни лиць же косматыхъ възлагати на ся, ни козлихъ, ни сатоурьскыхъ... яже нынѣ творять селяне, не вѣдоуще, что творятъ (Аѳ. Поэтич. воззр., т. III, 729—730)“. Всѣ изслѣдователи рѣшительно отвергаютъ сказанія объ идолѣ, или бѣсѣ Колядѣ: книжность подобныхъ сказаній и ихъ позднѣйшее происхожденіе для всѣхъ очевидны. Такъ Густинская лѣтопись сообщаетъ намъ слѣдующее извѣстіе о Колядѣ: „шестый (богъ) Коляда, ему же празникъ прескверный бяше декаврія 24. Сего ради и нынѣ, аще и благодать Рождествомъ Христовымъ осія насъ и идолы погибоша, но единаче діаволъ еще и доселѣ во безумныхъ память свою удержа: сему бѣсу въ память простая чадь сходятся въ навечеріе Рождества Христова, и поютъ пѣсни нѣкія, въ нихъ же аще и о Рождествѣ Христовомъ поминаютъ, но болѣе Коляду бѣса величаютъ (П. С. Р. Л., т. II, 257 стр.)“ Почти въ тѣхъ же выраженіяхъ говорятъ о Колядѣ, какъ объ идолѣ, или бѣсѣ, „Подробная лѣтопись“ и „Синопсисъ“, приписываемый Иннокентію Гизелю (Подробная лѣтопись, ч. I, 54 – 55; Поэтич. воззр., т. III, 750 стр.). Въ Четьи Минеи св. Димитрія въ числѣ боговъ, которымъ поклонялись во времена св. Владимира, упоминается и „Коляда, богъ празднованія, въ зимѣ бывающаго (Русск. простон. праздн., вып. I, 11 стр.)“. Книжность и позднѣйшее происхожденіе подобныхъ историческихъ свидѣтельствъ о богѣ Колядѣ, сами выдаютъ себя. Такъ Густинская лѣтопись замѣчаетъ: „сего ради и нынѣ... сему бѣсу въ память простая чадь сходятся въ навечеріе РождестваДьяченко, столбец 1015R

Толкование: Дьяченко Г. М. Полный церковно-славянский словарь. Москва, 1900. Общественное достояние. Расшифровка со сканов, разбор форм и подбор примеров — наши.